Соте моей мудрой бабушки

Сашенька, сегодня дедышка работает, так ми с тобой вдвоём пойдем на ринок.В ряду, где продавали птицу, бабушка долго смотрела на курей у одной продавщицы.

— Любезная, будете покупать или вы посмотреть пришли?

— Я, конечно, извиняюсь. У нас сегодня постный день. И ты меня спроси: И чего я смотрю, когда там смотреть не на что?..

И мы пошли в овощные ряды.

— Вот ты скажи. Если би ми не голодали, ми би знали, что такое счастье от того, что у нас есть? Нет, не знали би! и Боже упаси, чтобы ты не знал то, что ми знали…

Когда мы зашли домой, дедушка уже был дома в хорошем настроении. Как всегда, со словами «майн зисинкер» (мой сладенький), расцеловал меня так, что умываться не надо, и показал радиоприемник. В честь дня освобождения Ленинграда были вручены медали и памятные подарки. Подарком был радиоприемник. С длинными, средними и короткими волнами. Дедушка выключил радио. Теперь дедушка регулярно будет выключать радио на стене в те часы, когда «Голос Израиля» будет вести передачи на идиш из приёмника. А сейчас он надел очки и начал искать эту волну.

 — Ми прожьили очень непростую жизнь, — продолжала рассказывать бабушка, разрезая синие баклажаны вдоль на две части и, потом, полукольцами, и сбрасывая в мисочку.

— И знаешь, что самое главное человек должен понять? Что радость совсем не в том, что чаще всего человека радует.

— Да, — говорю, — тётя, у которой ты курицу не купила, очень расстроилась…

— Правильно,  — бабушка посолила очень густо крупной солью синие и начала резать полукольцами лук, уже очищенный и помытый. С печи содрала крючком шайбу, оставив остальные кольца на месте и налила подсолнечное масло на дно казанчика.

В мисочках уже лежал очищенный и нарезанный на 4 части салатный перец — красный и зелёный, очищенные от кожуры помидоры, тоже нарезанные на 4 части, изливая самый вкусный сок на дно мисочки. На блюдце три зубца чеснока, уже нашинкованные, и стручок острого красного перца, тщательно вымытого от семечек.

— Конечно, она расстроилась и никто, кроме неё, не знает, почему… А ми с тобой сейчас узнаем. Бабушка посмотрела на меня так, как может смотреть только самый счастливый человек на того, кто дает ему это счастье.

— Она расстроилась потому, что не смогла заработать. И это, наверное, нормально. А вот если би она расстроилась от того, что ти останешься голодным, это било би уже совсем правильное пережьивание.

Как только лучок в масле чуть начал темнеть, бабушка схватила кухонную тряпочку, оттянула казан в сторону и вернула шайбу на место. Вернула на место казан. Я не успел увидеть угольки и, видимо, бабушка это заметила.

— Ми будем  делать пьюрешечку. Поможешь бабушке снять все колечки на печке…

Только лук начал брать цвет, бабушка насыпала туда половину большой деревянной ложки молотого и высушенного красного перца, столько же соли и ложку сахара. Немного добавила масла и высыпала салатный перец, перемешала и накрыла крышкой.

— Пусть 10 минут томится на небольшой температуре.

 Тем временем бабушка промыла синие от соли, высыпала их в дуршлаг и, над раковиной, отжала своим кулачком.

 — И, что самое страшное в человеке, что только человек может создавать страдания другому человеку. И что ещё страшнее этого — человек радуется, когда у него это получается! — Бабушка высыпала синие и снова перемешала, и накрыла крышкой казан.

— Вот ещё минут пятнадцать, можно почистить картошечку на пьюрэшечке…

Потом бабушка высыпала помидоры, а сок, который от них остался,  дала мне выпить прямо из миски. Накрыла еще минут на 10.

 — Запомни, Сашенька, человек всегда радуется, когда у него что-то хорошо получается. И должен и обязан человек так жьить, чтобы другие тоже радовались.

Бабушка открыла крышку, очень быстро бросила щепотку белого острого перца, чеснок, и, колечками, острый перец. Перемешала, накрыла крышкой, быстро нашинковала очищенный от толстых стеблей укроп и петрушку. Посыпала сверху и, накрыв снова крышкой, сняла с печи.

Дедушка не торопил с обедом и причитающимся ему ста граммами водки.

Он слушал передачу на том языке, на котором с ним говорила его мама…

А мы с бабушкой тихонечко сели на кухоньке и прямо из казанчика ложками таскали эту вкуснятинку…

— Никогда нельзя мешать человеку, когда его что-то радует, — сказала бабушка, заботливо  посмотрев на дедушку…

ПРИЯТНОГО АППЕТИТА, РЕБЯТА!!

Саша Шульман

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.